Акула — знаковая фигура в контркультуре, претерпевшая содом и кооптацию: милейшего джанк-бунтаря превратили в игрушечного нонконформиста. Но он был. Был и будет. Ровно, как и его идеи, добравшиеся до светлых голов и верно интерпретированные. Остается вспоминать его: перечитывая книги, разглядывая фотокарточки. Частица Гонзо живет в них вечно. Как завещал Жан-Поль Сартр, «с каждым новым написанным словом, я становлюсь бессмертнее«.

Фотографии… Огромной эстетической ценности, стоит признать, тут нет. Акула был и остается вербальным пулеметом, но не чутким объективом: но все же это то крохотное и ценное, что позволяет нам соприкоснуться и быть причастными к Эпохе.

Будь проклят Никсон, грязная свинья!!!

«Это странный мир. Некоторые люди разбогатели, а другие едят дерьмо и умирают». («Поколение Свиней», 1988 год)

«Если бы в течение последних лет я написал всю правду, которую знал, сегодня приблизительно 600 человек (включая и меня) гнили бы в тюремных клетках от Рио до Сиэтла. Абсолютная правда — очень редкий и опасный товар в контексте профессиональной журналистики». (Журнал «Роллинг Стоун» , 15 февраля, 1973 года)

«Шестидесятые были эрой экстремальной реальности. Мне не хватает запаха слезоточивого газа. Мне не хватает чувства страха от того, что меня могут избить». (Газета «Independent on Sunday» , 12 октября, 1997 год)

«Мы превращаемся в нацию хныкающих рабов к Страху – страху войны, страху бедности, страху терроризма, страху получить понижение в должности или увольнение из-за экономического кризиса, страху быть выселенным из своего дома из-за безнадежных долгов или внезапно попасть в военный лагерь из-за обвинений в сочувствии к террористам». («Экстремальное поведение в Аспене», 3 февраля, 2003 года)